Результаты природоохранной деятельности инспекции заповедника

В настоящее время эффективность работы отдела охраны Даурского заповедника видна невооруженным глазом. Стоит проехать по полевой дороге Кулусутай - Соловьевск, идущей по Межозерью, – участку охранной зоны заповедника между озерами Барун-Торей и Зун-Торей, и вы без труда увидите перебегающих дорогу дзеренов, рыскающую невдалеке лису или сидящих у берега гусей сухоносов. Но не всегда так было.

В конце 1980-х годов, когда создали Даурский заповедник, браконьерство было массовым, а наказание за него - малоощутимым. Торейские озера и Цасучейский бор у охотников пользовались большой популярностью. Транспортных средств, в особенности мотоциклов, и охотничьего оружия у населения было в избытке, бензин стоил копейки или вовсе доставался бесплатно. Егеря и охотоведы заповедника, которых позже переименовали в инспекторов, почти каждый раз из рейда привозили протоколы и оружие. Однако тихоходность имевшихся в распоряжении заповедника грузовых ГАЗ-66 и недостаток горючего делали такие вылазки нерегулярными, а потому малоэффективными. С назначением директором заповедника В.А. Бриниха (1993 г.) интенсивность природоохранной работы повысилась, вслед за чем заметно возросло количество пресекаемых нарушений. В 1998 г. заповедником на средства Глобального экологического фонда приобретены четыре УАЗа и радиостанции. Это расширило возможности охраны, стала заметной и польза. А качественный перелом произошел лишь с 2001 года, когда работа оперативных групп инспекции стала непрерывной. Во многом, это было связано с реализацией Программы восстановления дзерена в Забайкалье.

Динамику формальных показателей работы инспекции – количество составленных протоколов – отражает следующий рисунок.

Как видно, работа по охране всех подведомственных территорий – заповедника, охранной зоны вокруг него и заказника – была налажена к 1994 г. Но уже с 1999 г., вслед за транспортным оснащением и увеличением штата отдела охраны, показатели стали снижаться. Уменьшение числа нарушений вызвано двумя основными причинами: снижением вероятности безнаказанного «пользования» природными объектами на контролируемых инспекцией территориях и упорядочиванием рыбалки на Торейских озерах. К этому времени рыбаки в основном приучились к порядку – им это обходилось значительно дешевле.

При рассмотрении разных видов нарушений видно, что с 2002-2003 гг. протоколов по рыбалке составляли мало. Это прямое следствие исчезновения рыбы в Торейских озерах с наступлением засушливого периода. Сохранявшиеся в последующие годы нарушения этого рода приурочены уже только к оз. Цаган-Нор в охранной зоне. Из второго рисунка хорошо заметно снижение уровня охотничьего браконьерства, резко повлиявшего на общее количество нарушений. В тоже время, в связи с засухой с 1998 г. увеличилось количество нарушений, связанных с пожарами и их профилактикой. В конце 1990-2000-х чаще стали фиксироваться случаи незаконного нахождения в заповеднике. Как правило, эти нарушения допускаются сборщиками дикорастущей конопли.

Но от чего еще зависит количество составленных административных протоколов? Для разных заповедников, заказников или национальных парков (особо охраняемых природных территорий – ООПТ) эти показатели могут сильно отличаться. На них влияют численность населения в ближайших от ООПТ окрестностях, транспортная доступность и привлекательность ООПТ на предмет «чем-нибудь поживиться», эффективность работы инспекции. Если протоколов нет вообще, очевидно, что это «тмутаракань», не имеющая ничего интересного для добычи. Мало протоколов составляет инспекция, то это в российских условиях говорит о том, что либо ООПТ очень труднодоступна, либо, что инспекция работает плохо или однобоко - только по некоторым из видов нарушений, либо, что работа охраны поставлена прекрасно. Большое количество протоколов может говорить о большом числе нарушений при хорошей работе инспекции, но если протоколов много длительный период, то не все в порядке в таком «хозяйстве». Это значит, при сильном браконьерском прессе, или у охраны не хватает сил справиться с ситуацией, или она не хочет решать вопрос коренным образом. Например, на очень популярную у охотников территорию с большим количеством дичи можно оперативным группам инспекции наведываться периодически. Если наказание будет мягким и нечастым, то протоколов будет много всегда, а эффект от такой охраны половинчатым. Такая мера будет недостаточна и даже вредна, например, для сохранения какого-то популярного в качестве трофея редкого вида животных.

Как же мы оцениваем результативность работы нашей инспекции? А просто. Смотрим и сравниваем, как за рассматриваемый период менялась численность привлекательных для охотников животных. Причем животных, на благополучие которых мало влияет наличие или отсутствие воды в Торейских озерах. Мы сравнили изменение численности дзерена в заповеднике и его ближайших окрестностях и косули в заказнике «Цасучейский бор» с динамикой количества составленных инспекцией протоколов (с учетом тех, что составлены и в сопредельных охотничьих угодьях).

Если не брать во внимание рост количества косуль в заказнике в 1994-95 гг., вызванный заходом мигрантов из Монголии, то невооруженным глазом и без детального анализа видно, что рост количества обоих видов копытных происходил на фоне снижения числа выявленных нарушений. Но ситуацию удалось переломить только через несколько лет очень напряженной работы инспекции, а затем и переходу в ключевых местах к непрерывной охране. В последние два года немаловажное значение имела суровость и необратимость наказания. Как только суды начали активно выносить приговоры и конфисковывать транспорт и оружие за незаконную охоту в рамках уголовного кодекса (примеры здесь), так сразу поутихли многие сорвиголовы. Ранее они привыкли отделываться небольшими штрафами, поэтому отстрел косули в заказнике считали незначительной шалостью, не более. О высокой эффективности природоохранной деятельности не могло быть и речи.

Пару слов о приоритете надежной охраны. Часто приходится слышать, что важнее пропагандировать бережное отношение к природе, чем ловить браконьеров. Это неприкрытое лукавство или глупость. Широкие вольности на рыбалке и охоте были в порядке вещей и в советские времена. Власть имущие и носители погон всех ведомств и сами не прочь были порезвиться. О чем же говорить сейчас, когда рухнули многие моральные ценности в государстве, а нажива любым путем в обществе теперь главная добродетель. Нет уж. Мы будем и дальше вас и ваших детей просвещать по мере сил и возможностей, рассказывать о красоте природы и ее ценности. Но будем писать и о примерах жесткого наказания за беспредел на охоте. Будем и дальше денно и нощно охранять тех, за кого мы в ответе…

Вадим Кирилюк

Государственный природный биосферный заповедник «Даурский»